Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Подписка на рассылку
          
           баннер.jpg

Идея Расширенного эволюционного словаря. Статьи и комментарии по этимологии слов русского языка. Издание второе, дополненное

Корзина 0 товаров
на сумму 0.00 руб

Идея Расширенного эволюционного словаря. Статьи и комментарии по этимологии слов русского языка. Издание второе, дополненное Автор / Составитель: Чудинов В.А.
Издательство: Традиция
Год выпуска: 2012
Стр.: 304
ISBN: 978-5-905074-50-9

Розничная цена  :  160.00 руб

Купить  В корзину

Видео-презентация книги

Данная книга доктора философских наук, профессора, академика РАЕН, лауреата награды «Золотое перо Руси» и титула «Писатель тысячелетия» состоит из двух частей. Первая часть является вторым, дополненным изданием его работы «Идея эволюционного словаря», опубликованной в 2006 году. Она издаётся по многочисленным просьбам читателей и втрое превышает по количеству слов первое издание. Вторая часть включает в себя наиболее интересные статьи по русскому языку, имеющие отношение к русской этимологии и русскому словообразованию, а также к ведущей роли русского языка по отношению к другим европейским языкам. В статьях уделяется также некоторое место и полемике автора с его оппонентами, например, с академиком А.А. Зализняком. 


Содержание

Предисловие ко второму изданию

Предисловие к первому изданию

Словарь

Статьи и комментарии по этимологии слов русского языка

Комментарий к статье Альтшуллера о русском языке

Может ли слог быть носителем смысла?

Народная этимология как народное толкование слов

О значении лексемы Крым

Этимология слов на А Макса Фасмера

Предисловие ко второму изданию

 Первое издание данного словаря было завершено в ноябре 2006 года и содержало всего 24 слова и 7 иллюстраций. Это была небольшая работа на 52 страницы (ЧУ-06). – Тем не менее, брошюра разошлась всего за несколько месяцев. Новые идеи, опубликованные в ней, были высоко оценены читателями.

Данное второе издание не выдвигает новых идей, а закрепляет их за счёт пополнения словаря новыми словами. Пока еще словарная часть невелика и служит скорее иллюстрацией заложенных в словарь идей, чем полноценным словарём. Однако, по мере перехода от издания к изданию, как я полагаю, словарная часть будет постепенно пополняться. В данном издании добавлены слова агу, Азия, араб, Аравия, Арарат, ариец, Арктида, Аркторусь, Аркона, ау, ба, баба, Балтасар, басня, батя, баю-бай, Европа, заяц, звезда, Земля, иголка, Ирод, Касапар, кон, Крумия, Луна, люди, Мара, Мария, Мельхиор, месяц, Москва, небо, палить, плита, пол, поле, полено, половина, полова, половодье, полоть, полый, полынья, поляна, Скифия, спина, строить, юань, Яр – итого 50 новых слов.

Пополнился и список иллюстраций. Они добавились к словам Аркторусь (2), баба, Балтасар, Макошь, Мария, Мельхиор, Москва (2), Скифия, Христос, Яр (3) и теперь их число доведено до 23.

Основная идея второго издания – та же, что и первого, а именно: познакомить читателя с важными понятиями далёкого (в несколько тысячелетий) российского прошлого, а также с реалиями дорюриковской Руси, полученных в исследованиях автора древних камней с надписями, а также надписей этрусков.

В разделе «история вопроса» в каждой словарной статье сравнение производится со словарём Фасмера как наиболее известным и авторитетным по сравнению с другими этимологическими словарями. Сопоставление с другими словарями заняло бы слишком много места для такого малого словаря, как предлагаемый.

Просмотрены и дополнены словарные статьи первого издания словаря, внесены некоторые новые иллюстрации. При чтении наших этимологий и сопоставлении их с этимологиями из словаря Фасмера невольно возникает впечатление, что исходная установка русских дворян XVIII-XX веков, занимавшихся этимологизацией русских слов, была иной. Им с детства внушили, что русский язык – самый молодой. Поэтому они и искали происхождение русских слов, обращаясь к тем языкам, которые тогда казались наиболее древними – санскриту, греческому и латинскому. У меня – иная установка. Я прочитал массу надписей на средневековых русских изделиях, а также на камнях вплоть до надписей нижнего палеолита. Русский язык оказался самым древним из всех языков Земли, языком всего человечества. Отсюда понятно, что русское слова возникли от русских же, а те – из русских морфем. Поэтому под словом «заимствование» в данном словаре понимается переход слов из русского языка в другие (там, где это было мне известно), а не наоборот.

Таким образом, в данном втором издании начинают очерчиваться контуры такого словаря русского языка, который приводит наиболее древний смысл, как русских слов, так и слов многих языков, которые в то или иное время либо пользовались непосредственно русскими словами, либо приспособили их фонетически для своих нужд. В данном словаре мне, как я надеюсь, удалось избежать основного недостатка словаря Фасмера – показа РЯ как акцептора, который только заимствует чужие лексемы. Напротив, РЯ всегда являлся донором, широко делясь своими лексическими открытиями.

Москва, июль 2011 года

 Предисловие к первому изданию

Настоящая работа представляет собой первую попытку создания словаря промежуточных форм слова, то есть попытку перехода от словаря этимологического к словарю эволюционному. В этимологическом словаре различались два типа слов: современное (то, смысл которого предстояло выяснить) и этимологизирующее (то есть древнее или современное, от которого произошло данное слово). Чем больше различий оказывалось между современным и этимологизирующим значениями слова, тем труднее было поверить в правильность этимологизации, а, поверив, проверить все промежуточные формы. В эволюционном словаре впервые предпринята попытка показать все промежуточные формы, а также заостряется внимание именно на смысле этимологизирующего слова, а не на его форме (многие предшествующие этимологические словари грешили именно выпячиванием формы слова, особенно из предшествующего так называемого индоевропейского языка, ИЕЯ, а не стремились выяснить смысл слова).

Сами словарные статьи имеющихся этимологических словарей постепенно оказались перегружены современным или недавним материалом, давая эквиваленты слова РЯ словами их других славянских языков, а затем – и из их диалектов. Согласно нашему видению проблемы, РЯ является наиболее древним из всей семьи славянских языков, так что добавление к каждому из его слов аналогичных слов из славянских языков не удревняет их значение, а, напротив, омолаживает. В результате смысл современного слова расплывается, так что объект этимологизации оказывается совершенно размытым (ЧУ-99). Иными словами, неясно, какой именно смысл современного слова мы хотим проследить до его истоков. С другой стороны, прежде чем читатель доберется до древнего смысла интересующего его слова он должен тратить время, чтобы продраться сквозь несколько десятков (иногда до 8) лексических эквивалентов русского слова в других языках; это никак не продвигает его в нужном ему направлении.

В конце концов, этимологический словарь подводит читателя к близкому или далекому языку, из которого слово заимствовано. Например, к тому, что слово «бистрО» (ударный гласный я изображаю прописной буквой) было заимствовано из французского языка и означает «предприятие быстрого питания». Но о том, что данное слово было заимствовано французским языком из РЯ со значением «быстро» словарь умалчивает. В результате создается впечатление, что больше половины слов мы заимствовали из французского, немецкого, английского, голландского языков; многие слова достались нам из греческого и латинского языка; часть – из старославянского и праславянского, и, наконец, что-то – из ИЕЯ. Иными словами, ничего самобытного в РЯ никогда не было, он набрал «с миру по нитке», и весь его лексический фонд – плод непрерывного заимствования нашим «великим и могучим» из вовсе не великих, и совсем не могучих. Так что гордиться ему самостоятельным творческим мышлением народа в создании сложных форм из простых не приходится – он якобы взял уже готовые слова из других языков, которые как раз и создали их.

Между тем, реальная ситуация в истории РЯ была обратной, и этимологический словарь показывает нам некое мистическое зазеркалье. Безусловно, РЯ заимствовал в недавнее время многие иностранные слова, но в гораздо большей мере эти же слова были заимствованы данными языками из русского языка прежде. Чего этимологические словари не показывают; но, разумеется, не из вредности, а потому, что их такими придумали иностранные лингвисты. Нельзя же зеркало обвинять в том, что оно показывает предметы позади зрителя так, словно они расположены перед ним, а то, что находится от него справа, в зеркале видится слева. Для получения правильной картины нужно либо поставить два зеркала, либо соединить зеркало с линзой. Именно поэтому под «заимствованием» я понимаю переход слов из РЯ в другие языки. А обогащения лексического фонда РЯ чужими словами (т.е. по большей части родными, но измененными) я называю «обратным заимствованием». И тогда картина резко меняется.Трудности сравнительного языкознания. В XIX веке трудами компаративистов, начиная с Ф. Боппа, была создана определенная картина развития языков. Некогда в «постбореальный период» (то есть, возможно, в эпоху бронзы) существовавший тогда общий ИЕЯ (вначале его даже предложили назвать «индогерманским», но другие европейцы обиделись на такую явно прогерманскую теорию) якобы разделился на ряд ветвей, или языковых семей. Среди них особой близостью отличались германские и балто-славянские языки Ближе всего к центру, т.е. к ИЕЯ, якобы находились санскрит и латынь, а также литовский язык. По мере развития каждая семья поделилась на ряд отдельных языков.

Сам ИЕЯ реконструировался в соответствии с фонетическими законами соответствия одних языков другим языкам. Если проводить физическую аналогию, то каждый язык как бы задавался определенным вектором развития, тогда как ИЕЯ являлся результирующим вектором, то есть векторной суммой отдельных векторов. Иными словами, ИЕЯ постулировался как геометрический центр, из которого возникли все остальные европейские языки, а также их иранская и индийская ветви.

В XIX и ХХ веках это направление сравнительного языкознания казалось наиболее перспективным, поскольку законы звукового соответствия разных языков оказывались наиболее точными и поддающимися строгому расчету. Сотни лингвистов отдавали данной идее все свое свободное время.

Но вот беда: ни одного памятника, написанного на ИЕЯ, найти так и не удалось, хотя, естественно, их искали. В оправдание такого положения вещей была сформулирована теория, согласно которой письменность возникает только с эпохи бронзы, а в предыдущую эпоху, в неолите, возникают только предпосылки письма и зачаточные его формы, из которых языковые черты весьма трудно распознать. Таким образом, одна идея подтверждает другую: надписей на ИЕЯ нет потому, что еще не было письменности. А потому результаты огромной работы по реконструкции ИЕЯ не могут быть проверены в принципе.

Сразу замечу, что подобный вывод уже был вышучен в книге «Физики шутят». Там предложили издавать «Журнал невоспроизводимых результатов». Шутка состоит в том, что наука строится только на том, что в принципе проверяемо. Если же какую-то теорию проверить невозможно в принципе, вряд ли такая теория может быть названа научной.

В ХХ веке был обнаружен ряд систем письма, которые возникли заведомо раньше, чем в эпоху бронзы. В частности, была обнаружена письменность Трипольской культуры, культуры Винча, протописьмо Лепенского вира, и ряд других видов письма. Две первых письменности имели возраст неолита, последняя – эпохи мезолита. Археологи и историки письма приложили немало усилий, чтобы раскассировать эти виды письма по уже известным письменностям эпохи бронзы, и массовый читатель практически не имеет о них представления. Так, например, украинский археолог Викентий Хвойка, открывший Трипольскую археологическую культуру, чей музей и памятник находятся в селе Триполье, продемонстрировал сосуд с надписями. Современные коллеги Хвойки, археологи из Института археологии РАН в Москве называют его за это дилетантом, не сделав и десятой доли тех открытий, которые совершил их украинский предшественник.

Ведь если есть надписи эпохи ИЕЯ, то их можно прочитать, а, прочитав – проверить, существовали ли этот ИЕЯ, и если да, то каким он был. Но именно этого и боятся! И я подозреваю, почему. Кто-то из самых талантливых лингвистов, как я полагаю, уже сумел это сделать. И что же? Результат был убийственным: никакого ИЕЯ в той форме, как его описывали, то есть, равноудаленным от всех современных языков, не существовало. Но единый язык в Евразии действительно существовал, только он был… РУССКИМ! Новая картина развития языков. По мере того, как я читал все более древние надписи, выяснилось, что не только руница, но и протокириллица (то есть, письмо, почти совпадающее с кириллицей, однако без греческих знаков, добавленных Кириллом) существовали и в неолите, и в мезолите, и даже в верхнем палеолите. Более того, надписи этими двумя видами русского письма были написаны на русском языке, практически не отличающимся от современного. Правда, следует учесть, что надписи в своей подавляющей массе представляли собой короткие назывные предложения, практически не содержа глагола и отглагольных форм, поэтому отличия в синтаксисе, а также в морфологии от современного языка было выяснить намного сложнее.

. По мере того, как я читал все более древние надписи, выяснилось, что не только руница, но и протокириллица (то есть, письмо, почти совпадающее с кириллицей, однако без греческих знаков, добавленных Кириллом) существовали и в неолите, и в мезолите, и даже в верхнем палеолите. Более того, надписи этими двумя видами русского письма были написаны на русском языке, практически не отличающимся от современного. Правда, следует учесть, что надписи в своей подавляющей массе представляли собой короткие назывные предложения, практически не содержа глагола и отглагольных форм, поэтому отличия в синтаксисе, а также в морфологии от современного языка было выяснить намного сложнее.

Зато по небольшому массиву палеолитических слов можно было определить, насколько точно они соответствуют современному смыслу, и насколько отличаются внешне. Предполагается создать особый словарь русских слов каменного века, однако это будет уже другой словарь.

Новый вид словарной статьи. Соответственно меняется смысл и состав словарной статьи. Статья открывается словом современного русского языка, РЯ, и дается полная эволюция слова от этимологизирующего до современного в виде цепочки, каждое из звеньев которой нумеруется. Так создается основная формула эволюции слова, ОФЭС. За ОФЕС следует объяснение лингвистических процессов, приводящих к появлению каждой новой формы слова, так что читатель может понять не только сам процесс эволюции слова, но и назначение каждой новой формы.

Помимо ОФЭС может существовать основная форма эволюции объясняющего слова, ОФЭО и основная форма эволюции антонимов к объясняющему слову, ОФЭА. Под объясняющим словом часто выступает слово «народной» или «кабинетной» этимологии, которое объясняет смысл данного слова через фонетически близкое слово, например, слово славяне через слово славный. Антонимом к слову славный будет слово бесславный.

Далее следует строка значения, где современное слово объясняется через этимологизирующее. Это спрямление всех изгибов эволюции слова до двух этапов, старта и финиша, будем называть прояснением, в отличии от эволюции, то есть, наличия всей полноты промежуточных форм.

Следующая строка названа мною заимствованием. Под ним понимается заимствование данного русского слова в другие языки.

В строке история вопроса помещаются ссылки и пересказ, иногда цитата из работ тех исследователей, которые внесли свой вклад в этимологизацию данного слова. Иногда добавляется несколько строк и о наличии обратного заимствования данного слова, измененного другим языком, в РЯ (если такое заимствование существует). Иногда приводится влияние данного слова на какое-то иное слово РЯ. Процессы развития слова. Они давно известны лингвистике, и в данном словаре просто именуются.

. Они давно известны лингвистике, и в данном словаре просто именуются.

Деривация. Наиболее продуктивный вид словоизменения – создание нового слова из исходного слова. Лингвистический словарь дает такое понимание: «Деривация – процесс создания одних языковых единиц (дериватов) на базе других, принимаемых за исходные, в простейшем случае путем «расширения» корня за счет аффиксации или словосложения, в связи с чем деривация приравнивается иногда к словопроизводству или даже к словообразованию… В процессах деривации происходит изменение формы (структуры) и семантики единиц, принимаемых за исходные» (КУБ, с. 129) Деривация часто приводит к добавлению не только иных окончаний, но и фонетическому изменению ряда гласных и согласных, в том числе и в корне.

. Наиболее продуктивный вид словоизменения – создание нового слова из исходного слова. Лингвистический словарь дает такое понимание: «» (КУБ, с. 129) Деривация часто приводит к добавлению не только иных окончаний, но и фонетическому изменению ряда гласных и согласных, в том числе и в корне.

В данном словаре я использую понятие деривации в более узком смысле слова, в качестве функциональной транспозиции, к которой относятся: субстантивация (переход в существительное), адъективация (переход в прилагательное), вербализация (переход в глагол), адвербиализация (переход в наречие), прономинализация (переход в местоимение).

Аффиксация. Под ней можно понимать добавление или изъятие аффиксов без изменения части речи: стол-столик, впрыгнуть-прыгнуть, зеленый-презеленый.

. Под ней можно понимать добавление или изъятие аффиксов без изменения части речи: .

Конверсия. Переход в другую часть речи без аффиксации, например, печь (глагол) – печь (существительное).

. Переход в другую часть речи без аффиксации, например, (глагол) – (существительное).

Перенос ударения. Изменения конца слова за счёт смещения ударения именно на конец слова, например, «тОлстый»-«толстОй», «хУдый»-«худОй» и т.д.

. Изменения конца слова за счёт смещения ударения именно на конец слова, например, «тОлстый»-«толстОй», «хУдый»-«худОй» и т.д.

Фонетическое развитие. Изменение гласных, например, редукция, выпадение, прояснение, чередование, или согласных: оглушение, озвончение, выпадение, ассимиляция, диссимиляция, палатализация, депалатализация, трансформация. Фонетическое развитие не связано с изменением функции слова или его семантики, но подчиняется требованию артикуляционного удобства, минимализации артикуляционных усилий. Фонетическое развитие не всегда отражается в графике, например, мы говорим сонце, а пишем солнце, или говорим здрассьте, а пишем здравствуйте. В данном словаре рассмотрению подвергаются именно письменные формы, хотя иногда говорится и об устных.

. Изменение гласных, например, редукция, выпадение, прояснение, чередование, или согласных: оглушение, озвончение, выпадение, ассимиляция, диссимиляция, палатализация, депалатализация, трансформация. Фонетическое развитие не связано с изменением функции слова или его семантики, но подчиняется требованию артикуляционного удобства, минимализации артикуляционных усилий. Фонетическое развитие не всегда отражается в графике, например, мы говорим , а пишем , или говорим , а пишем . В данном словаре рассмотрению подвергаются именно письменные формы, хотя иногда говорится и об устных.

Словосложение. Соединение корней слов или целых слов. Помимо привычных для нас соединений корней через соединительную гласную, типа самолет или пулемет, могут существовать и слова без соединительной гласной, например, медведь. Слова, входящие в словосочетание, могут быть односложными, состоящими из одних корней, например, буй вол – буйвол, или кол о кол – колокол, но могут быть и двусложными, например, коркий дил – коркодил.

. Соединение корней слов или целых слов. Помимо привычных для нас соединений корней через соединительную гласную, типа или , могут существовать и слова без соединительной гласной, например, . Слова, входящие в словосочетание, могут быть односложными, состоящими из одних корней, например, , или , но могут быть и двусложными, например, .

Заимствование. При заимствованиях из русского языка в иностранный (здесь приводится больше всего примеров заимствования из русского языка в германские) возможны фонетические развития, связанные с особенностями восприятия иностранного языка. Например, русское слово водА, с силовым ударением на последний слог А, кажется представителю «акающих» германских языков обладающим первым гласным звуком А, и последним – АР, то есть, слово водА трансформируется в wadAr.

Усечение. Многие слова через какое-то время кажутся очень длинными и теряют концевые части, например, человек – чел, преподаватель – преп, компьютер – комп и т.д.

. Многие слова через какое-то время кажутся очень длинными и теряют концевые части, например, , , и т.д.

Предложенные в данном словаре словоизменения сводятся к перечисленным в этом небольшом списке. Новое понимание источника слова. За редким исключением, источником современных полноценных и относительно длинных русских слов являются корни, имеющие, как известно в лингвистике, три звука: согласный – гласный – согласный. Таким образом, с точки зрения словообразования прослеживается эволюция слова от простейшей формы к его весьма развитой современной форме. Тем самым, реализуется иной принцип развития слова: не от одного слова к другому, как, например, в словаре Фасмера, но от морфемы (или нескольких морфем) – к слову.

. За редким исключением, источником современных полноценных и относительно длинных русских слов являются корни, имеющие, как известно в лингвистике, три звука: согласный – гласный – согласный. Таким образом, с точки зрения словообразования прослеживается эволюция слова от простейшей формы к его весьма развитой современной форме. Тем самым, реализуется иной принцип развития слова: не , как, например, в словаре Фасмера, но (или нескольких морфем) – .

Данный проект как макет словаря. В данной статье приводится очень небольшое число слов, для которых рассматривается их эволюция от простейшей исходной формы до более зрелой современной, а также возможные заимствования в другие языки и обратные заимствования измененного в чужом языке слова снова в русский. Обсуждаются и некоторые параллельные процессы, затрагивающие некоторые слова, смежные с рассматриваемым, и эволюционные цепочки. Таким образом, отрабатывается возможный вид словарной статьи, куда в ряде случаев добавляются и изображения с рисунками, на которых искомое слово представлено в его древнем варианте написания.

. В данной статье приводится очень небольшое число слов, для которых рассматривается их эволюция от простейшей исходной формы до более зрелой современной, а также возможные заимствования в другие языки и обратные заимствования измененного в чужом языке слова снова в русский. Обсуждаются и некоторые параллельные процессы, затрагивающие некоторые слова, смежные с рассматриваемым, и эволюционные цепочки. Таким образом, отрабатывается возможный вид словарной статьи, куда в ряде случаев добавляются и изображения с рисунками, на которых искомое слово представлено в его древнем варианте написания.

Проект предназначен для обсуждения широкой научной общественностью, как по части своих теоретических установок, так и в разделе конкретных словарных статей. Некоторые лингвисты не соглашались с предложенными мною этимологиями, что заставляет меня задуматься и либо пересмотреть словарную статью, либо, напротив, усилить аргументацию. В любом случае, обсуждение всегда приносит пользу. Естественно, что переход к более подробному прослеживанию эволюции слов не является моей заслугой – идея такого словаря, что называется, витает в воздухе (например, у В. Осипова имеется целый раздел под названием «Биография слов», ОСИ, с. 222).

Москва, май 2006 года

 



Назад в раздел
 

Система электронных платежей